Судебный контроль законности на стадии предварительного следствия

В 1991 году Верховный суд РСФСР разрабатывая концепцию судебной реформы, отмечал «одна из важнейших задач судебной реформы — утверждение судебной власти в государственном механизме как самостоятельной влиятельной силы, которая получает в правовом государстве возможность блокировки или затруднить действие неразумных законов, сдерживать исполнительную власть, защищать права граждан».[1]

Одним из важнейших механизмов защиты прав человека (гражданина) в уголовном судопроизводстве России является так называемое судебно-контрольное производство, реализуемое в порядке ст. 125 УПК РФ[2] которое предусматривает право заинтересованных лиц на обжалование решений и действий (бездействия) публичных органов уголовного преследования на досудебных стадиях уголовного судопроизводства. Как отмечает А. П. Гуськова, «возводя право на обжалование процессуальных действий и решений в ранг принципов уголовного судопроизводства (ст. 19 УПК РФ), законодатель тем самым особо подчеркивает значимость судебной власти по обеспечению защиты прав, свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве».[3]

Многими учеными — юристами отмечается важность данного правового института «судебно – контрольного производства в порядке сит. 125 УПК РФ», однако только защитники по уголовным делам и юристы практики знают, что сегодня данное судебно – контрольное производство из возможно одного из реально действенных способов защиты прав человека (гражданина) в уголовном процессе в виду необходимости достижения должностными лицами судебной системы и юстиции несвойственных судебной системе целей фактически не работает в интересах прав человека (гражданина) чьи права регулярно нарушаются сотрудниками правоохранительных органов (следствия, дознания, подразделений уголовного розыска).

Одним из краеугольных вопросов определяющих сущность и цели судебно – контрольной деятельности в рамках ст. 125 УПК РФ является ответ на вопрос, является ли судебно – контрольная деятельность суда, в порядке ст. 125 УПК РФ правосудием или нет. С учетом анализа современной судебной практике[4], по применению ст. 125 УПК РФ можно с полной уверенностью сказать, что нет, не является. Современные суды РФ, рассматривая многочисленные жалобы, подаваемые на незаконные и необоснованные действия в порядке ст. 125 УПК РФ фактически не вершат правосудие, они формально выполняют требования о рассмотрении жалоб и принимают по ним решения, которые зачастую противоречат здравому смыслу и существу правосудия, а также принципам уголовного процесса России. В результате такого формализма, не имеющего ничего общего с правосудием развивается и теория уголовного процесса. Например,  в кандидатской диссертации на соискание степени кандидата юридических наук А.Н. Рыжих говорит о том, что «на досудебных стадиях уголовного процесса суд не осуществляет функцию правосудия или контроля, деятельность его не является так же полифункциональной. Судом реализуется единственная функция – обеспечительная»[5].

При этом формальная роль суда при рассмотрении жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ, а также теоретическая позиция авторов говорящих об обеспечительной деятельности суда в порядке ст. 125 УПК РФ опровергает п. 50 ст. 5 УПК РФ, в котором прямо указано, что судебное заседание представляет собой процессуальную форму осуществления правосудия в ходе досудебного и судебного производства по уголовному делу. То есть судебно – контрольная деятельность суда является формой осуществления правосудия.

Не смотря на то, что при разрешении спора в порядке судебно контрольной деятельности суд не касается вопросов доказанности обвинения, проверки и оценки доказательств, в то же время, участники процедуры обжалования состязаются перед судом, доказывая суду правильность своих утверждений. Осуществляя проверку жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ, суд не вправе оценивать доказательства с точки зрения их допустимости и достоверности, поскольку законодатель предусматривает данную деятельность исключительно на судебных стадиях уголовного судопроизводства (ст. 235, 274 УПК РФ). Однако для установления законности и обоснованности проверяемых действий и решений органов предварительного расследования суд объективно вынужден исследовать доказательства, имеющие отношение к предмету жалобы с позиций их доброкачественности, и это предполагает расширение полномочий судьи, рассматривающего жалобу по существу, посредством предоставления ему права изучения и оценки доказательств, что в настоящий момент на практике судами не делается в принципе.[6]

Фактически суды, рассматривая жалобы, поданные в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ, например на постановления о возбуждении уголовного дела ограничиваются проверкой требований УПК РФ  о порядке принятия решений следователем (дознавателем), понимая под законностью вынесения постановления о возбуждении уголовного дела дословно: «При этом под законностью следует понимать соблюдение всех норм УПК РФ, регламентирующих порядок принятия решений или совершение соответствующего действия дознавателем, следователем, прокурором».[7] Основным мотивом отказа в удовлетворении жалобы на законность и обоснованность возбуждения уголовного дела является вынесение процессуального решения в соответствии с положениями ст.145 УПК РФ и по своей форме и содержанию соответствует требованиям ст.146 УПК РФ.[8] При этом совершенно не исследуемыми судами остаются потенциально недействительные доказательства, лежащие в основе возбуждения уголовного дела.

Наиболее часто в жалобах на постановление о возбуждении уголовного дела, подаваемых в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ от суда требуется не исследование фактических сведений, по уголовному делу, имеющих доказательственное значение, что несомненно противоречит, как требованиям УПК РФ, так и правовой позиции Верховного суда РФ, а выяснение соответствия требованиям УПК РФ формы и соблюдения процедуры получения доказательств в рамках материала доследственной проверки,  и их достаточности для принятия решения о возбуждении уголовного дела. Например, имело ли должностное лицо органа дознания получать объяснение, которое стало поводом для возбуждения уголовного дела, соответствует ли данное объяснение требованиям УПК РФ и действительно ли в нем есть сведения, позволяющие возбудить уголовное дело в отношении лица? На такие вопросы сегодня суды в принципе ответы в порядке ст. 125 УПК РФ не дают.

Проверка соблюдения лишь формальных требований противоречит правовой позиции, выработанной Конституционным судом РФ, согласно которой «суд не должен ограничиваться лишь исполнением формальных требований УПК РФ и отказываться от проверки фактической обоснованности обжалуемого решения органа предварительного расследования… Он вправе принять собственное решение по данному вопросу, поскольку иное способно привести к искажению самой сути»[9].

Нередко, при обжаловании в порядке ст. 125 УПК РФ законности и обоснованности постановлений о возбуждении уголовного дела часто возникают ситуации, когда законность и обоснованность самого возбуждения уголовного дела не взывает сомнений даже у заявителя, обжалуется лишь факт возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица. В такой ситуации суд просто не может ограничиться лишь констатацией фактов «о соблюдении порядка вынесения данного решения, о наличии у должностного лица повода и основания к возбуждению уголовного дела и об отсутствии обстоятельств, исключающих производство по делу», не вызывающих сомнения и не являющихся предметом обжалования. Отказывая в такой ситуации удовлетворение жалобы, значит ограничить конституционное право на судебную защиту прав и свобод человека (гражданина) от незаконных и необоснованных действий и решений органов государственной власти и должностных лиц.

Дискуссионным является вопрос об отграничении полномочий суда в рамках судебно — контрольного производства, изложенный в п. 1 аб. 4 постановления № 1 Пленума Верховного суда РФ от 10.02.2009 года: «судья не вправе делать выводы… об оценке доказательств». Решая вопрос о законности обжалованных решений и действий (бездействия) должностных лиц, суд оценивает их соответствие требованиям уголовно — процессуального закона. Согласно ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности — с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела.

Положения вышеуказанного Постановления № 1 Пленума Верховного суда, суды первой и апелляционной инстанции трактуют неверно, рассматривая его, как руководство к бездействию по оценке допустимости отдельно взятых обжалуемых доказательств тем самым фактически, откладывая проверку законности и обоснованности всех процессуальных решений и действий (бездействия), вынесенных на основе доказательств, полученных с нарушением закона до стадии судебного разбирательства. Такой подход, противоречит правовым позициям Конституционного суда о которых мы уже говорили выше[10].

Интересно, что в некоторых судебных заседаниях (крайне редко), например, как в Апелляционном постановлении Ярославского областного суда от 09 апреля 2018 г., по делу № 22-480/2018 в обосновании законности, обоснованности и достаточности оснований для возбуждения уголовного дела по п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ не только приводится перечень документов содержащихся в материале проверке, но и указывается дословно: «В материалах дела, кроме заявлений ФИО3, имелись ее объяснения, объяснения ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, протокол осмотра места происшествия, содержащие сведения, в том числе, о причастности ФИО1 к совершенному хищению имущества ФИО3 и размере причиненного в результате преступления последней материального ущерба…»[11] То есть судья в судебном заседании не только перечислила документы, содержащиеся в материале проверки, но и сослалась на тексты объяснении лиц, опрошенных в рамках материала доследственной проверки, поясняющих причастность подозреваемого к инкриминируемому ему преступному деянию, что по моему мнению является, как раз примером надлежащего рассмотрения жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ.

Противники рассмотрения судебного контроля как формы осуществления правосудия по уголовным делам отмечают что это «может привести к размыванию границ данного понятия и к необоснованному расширению задач, стоящих перед функцией правосудия, что, в свою очередь, негативно скажется на его эффективности»[12].

В результате применения на практике позиции обеспечительной функции судебно – контрольной деятельности суда, при применении ст. 125 УПК РФ получается, что суд не проверяя законность и обоснованность прежде всего возбуждения уголовного дела (не исследуя доказательства с позиции относимости и допустимости, полученные на стадии доследственной проверки) способствует незаконным и необоснованным возбуждениям уголовных дел, которые только по формальным признакам должны соответствовать УПК РФ, после чего по таким уголовным делам в отношении человека (гражданина) применяются меры уголовного – процессуального принуждения, такие как задержание и избрание меры пресечения в виде заключения под стражу, проверка законности которых, проходит так же формально. Такая порочная практика применения судебно – контрольной деятельности суда в порядке ст. 125 УПК РФ несет серьезный вред правам и интересам человека и гражданина вовлеченного в уголовным процесс. Подобная практика не отвечает ни интересам лиц вовлеченных в уголовный процесс и не соответствует целям и задачам уголовного судопроизводства.

Напротив необходимо говорить не о «размывании границ» правосудия, а о расширении этих границ. Правосудие должно вершиться судом не только в судебных стадиях, но и в досудебном производстве. Именно об этом говориться в вышеупомянутом п. 50 ст. 5 УПК РФ. Кроме того, п. 52 той же статьи трактует: суд первой инстанции — суд, рассматривающий уголовное дело по существу и правомочный выносить приговор, а также принимать решения в ходе досудебного производства по уголовному делу.[13]

 

 

[1]  Постановление ВС РСФСР от 24.10.1991 N 1801-1 «О Концепции судебной реформы в РСФСР» // http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=EXP&n=221794#0949392684131444

[2]  Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 23.04.2018) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.06.2018) // http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34481/

[3]  Гуськова А. П. К вопросу о судебном порядке рассмотрения жалоб по уголовному делу в досудебном производстве // Проблемы совершенствования и применения законодательства о борьбе с преступностью: матер. Всерос. науч.-практ. конф. Уфа, 2004. С. 9.

[4] Например, Постановление судьи 25 гарнизонного военного суда от 24 апреля 2018 года // https://rospravosudie.com/court-35-j-garnizonnyj-voennyj-sud-g-p-kamchatskij-kamchatskij-kraj-s/act-581782841/

[5] Рыжих А.Н. Полномочия суда на досудебных стадиях уголовного процесса. Дисс… канд.юрид.наук. Екатеринбург.2008 С.6

 

[6] Постановление Петровского городского суда Саратовской области от 14 мая 2018 года. дело №3/10-6/2018 // https://rospravosudie.com/court-petrovskij-gorodskoj-sud-saratovskaya-oblast-s/act-581880816/

Апелляционное постановление суда апелляционной инстанции Псковского областного суда от 23 мая 2018 года. дело № № 22- 311/2018 // https://rospravosudie.com/court-pskovskij-oblastnoj-sud-pskovskaya-oblast-s/act-582261079/

 

[7]  Апелляционное постановление Ставропольского краевого суда от 17 мая 2018 года. дело № 22к-2749/2018 // https://rospravosudie.com/court-stavropolskij-kraevoj-sud-stavropolskij-kraj-s/act-582157353/

[8]  Там же

[9] Определение Конституционного суда РФ от 24 марта 2005 года № 151-О «По жалобе гражданина Воржева Александра Ивановича на нарушение его конституционных прав положениями статей 29 И 161 УГОЛОВНО-Процессуального кодекса Российской Федерации» // http://legalacts.ru/doc/opredelenie-konstitutsionnogo-suda-rf-ot-24032005-n-151-o-po/

[10]  Определение Конституционного суда от 25 января 2005 года № 42-О «По жалобам граждан Астахова Павла Алексеевича, Замошкина Сергея Дмитриевича, Карцевой Веры Константиновны и Костанова Юрия Артемовича на нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 7 и 123, части третьей статьи 124, статей 125, 388 и 408 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_53023/

Постановление Конституционного суда от 02 июля 1998 года № 20-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 331 и 464 Уголовно — процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами ряда граждан» // http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_19326/

Определение Конституционного суда РФ от 24 марта 2005 года № 151-О «По жалобе гражданина Воржева Александра Ивановича на нарушение его конституционных прав положениями статей 29 И 161 УГОЛОВНО-Процессуального кодекса Российской Федерации» // http://legalacts.ru/doc/opredelenie-konstitutsionnogo-suda-rf-ot-24032005-n-151-o-po/

[11] Апелляционном постановлении Ярославского областного суда от 09 апреля 2018 г., по делу № 22-480/2018 https://rospravosudie.com/court-yaroslavskij-oblastnoj-sud-yaroslavskaya-oblast-s/act-581518154/

[12] Азаров В. А., Таричко И. Ю. Функция судебного контроля в истории, теории и практике уголовного процесса России. Омск, 2004. С. 133

[13] Лалиев А.И.Судебный контроль и правосудие: понятие, признаки, проблемы соотношения. Общество и право.2010. № 3 (30) С.225

Авторы сайта okpravo.ru

Оставить комментарий

Select Language