Эссе на тему «Международный уголовный суд ООН»

В конце XX века прописной и, к сожалению, достаточно печальной истиной стала констатация того, что одной из важнейших особенностей преступности в современном мире является ее международный характер. Этой проблеме все большее значение придает Организация Объединенных Наций. Генеральная Ассамблея ООН не единожды принимала резолюции, подчеркивающие опасность международной преступности и необходимость усиления сотрудничества государств в борьбе с ней.[1]

Международно-правовые нормы о международных преступлениях стали формироваться еще в конце XIX века, и с тех пор международное уголовное право исторически складывается как составная часть международного публичного права.

Наконец, основные преступления против мира и безопасности человечества вошли в юрисдикцию международных трибуналов, учрежденных резолюциями Совета Безопасности ООН для судебного преследования лиц, ответственных за серьезные нарушения гуманитарного международного права, — на территории бывшей Югославии (1993 г.) и за аналогичные преступления на территории Руанды и соседних с ней государств (1994 г.). А в 1998 г. на Римской дипломатической конференции был принят Статут Международного уголовного суда как постоянного судебного органа, призванного осуществлять правосудие в отношении лиц, совершивших такие преступления, как преступления против человечности, агрессия, геноцид, военные преступления. Конечно же, и Уставы, и Статуты указанных судов в основном и главном также исходят из положений Устава и Приговора Нюрнбергского трибунала.[2]

Международный уголовный суд ООН, является достаточно новым и прогрессивным международно – правовым институтом, обозначившим новое направления развития международно – правовых институтов.

Создание данного суда, принятием Статута Международного уголовного суда (далее МУС) на Римской дипломатической конференции  стало окончанием долгого пути по созданию постоянно действующего международного судебного органа, который наделен полномочиями в области уголовной юстиции в отношении физических лиц, обвиняемых в совершении геноцида, преступлений против человечности и военных преступлений.

Началу деятельности МУС предшествовала глобальная ратификационная кампания, которую вели более 800 неправительственных общественных организаций во всем мире, объединившихся в Коалицию по Международному уголовному суду (CICC). По состоянию на конец 2004 г. Римский Статут 1998 г. подписали 139 государств и ратифицировали 97 государств[3].

Многие страны, включая США, Китай, Индию, Пакистан, Индонезию, Турцию и другие, усмотрев в Римском Статуте угрозу национальным интересам и государственному суверенитету, а также противоречия с международным правом и национальным законодательством, отказались его подписывать. В итоге на сегодняшний день в составе МУС нет трех из пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН (США, России и Китая), а также второй по численности страны мира — Индии. Предыдущий президент США Б. Клинтон 31 декабря 2000 г., за несколько часов до истечения крайнего срока, подписал Римский Статут, но нынешний президент Дж. Буш 6 мая 2002 г. отозвал подпись США. Китай и Индия вообще не подписали Римский Статут. Российская Федерация подписала его 13 сентября 2000 г., а вопрос о ратификации, связанный со многими конституционными и собственно уголовно-правовыми и процедурными вопросами, в последнее время снова поставлен в повестку дня Правительства, Аппарата Президента, МИД и других государственных структур нашей страны. Естественно такое неоднозначное отношение к МУС создает некоторые проблемы для его функционирования и развития. Естественно, понятно волнение государственный чиновников США, которые беспокоятся за свою жизнь и свободу так как теоретически МУС, может рассматривать и дела в отношении военных и чиновников США, которые достаточно активно в конце XX и начале XXI века ведут различные боевые действия за пределами своего государства. В этом контексте хочется привести слова экс. Гос. Секретаря ООН, Кофи Аннан о целях и задачах МУС «Мы надеемся на то, что, наказав виновных, МУС принесет определенное утешение пережившим ужасы войны людям и общинам. Более важным является то, что, как мы надеемся, он будет сдерживать потенциальных военных преступников и приблизит тот момент, когда ни один правитель, ни одно государство, ни одна хунта и ни одна армия, где бы то ни было не сможет нарушать права человека безнаказанно»[4].

Позиция стран ратифицировавших Римский статут, может быть обобщена в официальном заявлением США об отзыве своей подписи под Римским договором: «США выступают за международное правосудие и за установление власти закона, однако это не означает поддержки МУСа. Президент Буш уверен, что у этого Суда есть ряд серьезных пороков. Прежде всего суд, по мнению американской администрации, угрожает суверенитету США и нарушает сбалансированную судебную систему. Позиция Америки состоит в том, что утверждение права — это прежде всего задача национальных судебных систем. С точки зрения Соединенных Штатов, МУС подрывает роль Совета безопасности ООН, призванного поддерживать мир и безопасность; он создает систему прокурорской власти, которая не поддается контролю; наконец, этот суд не гарантирован от возможностей политически мотивированных преследований, США настаивают, что под юрисдикцию суда должны подпадать граждане только тех стран, которые ратифицировали Римский Статут.»

При этом интересно, что именно США в конце 70-х гг. был организован Международный фонд по созданию МУС во главе с австралийским юристом Ю. Стоуном, профессором Бостонского университета Р. Войцелем и советским юристом-международником И.П. Блищенко. Фонд провел несколько международных встреч, в ходе которых разрабатывались и обсуждались первые проекты Статута МУС и перечень подпадающих под его юрисдикцию преступлений[5].

Важно отметить, что в отличие от Международного суда справедливости в Гааге, чья юрисдикция распространяется только на государства, МУС может судить отдельных индивидов. Его легитимность — это бесспорное преимущество перед действующим ныне трибуналом по военным преступлениям, совершенным на территории бывшей Югославии. Так, И.И. Лукашук отмечает, что Гаагский трибунал нелегитимен хотя бы потому, что образован решением Совета Безопасности, хотя это прерогатива Генеральной Ассамблеи ООН. Следовательно, «какое бы решение ни принял этот трибунал по делу того же Милошевича, у последнего будут основания добиваться пересмотра своего дела, несмотря на то, что в его действиях есть состав преступления против человечности, геноцид…»[6].

МУС учрежден не по политическим соображениям и не под конкретную задачу, а как инстанция высокого значения, востребованная всем мировым сообществом, с соблюдением необходимых международных норм. Его нельзя сравнивать и с Нюрнбергским трибуналом, который был созван по беспрецедентному поводу. МУС выделяется на фоне всех созданных на протяжении ХХ века международных трибуналов ad hoc по следующим позициям:

— все они являлись временными;

— охватывали лишь некоторые уголовно-правовые ситуации;

— имели по существу обратную силу и, следовательно, ограниченный сдерживающий эффект;

— наконец сталкивались с проблемами серьезных временных и финансовых затрат в процессе своей деятельности.

Теперь кратко рассмотрим основные юрисдикционные особенности деятельности МУС:

— юрисдикция МУС является лишь дополнением к национальной юрисдикции и выступает как самостоятельная только в том случае, когда национальные системы правосудия не работают;

— МУС уполномочен рассматривать только те преступления, которые совершены после 1 июля 2002 г. Все преступления, совершенные до момента вступления в силу Римского статута, выпадают из сферы юрисдикции этого Суда (ст. 11, 12 Римского Статута);

— в то же время в отношении преступлений, подпадающих под юрисдикцию МУС, не устанавливается никакого срока давности (ст. 29 Римского статута);

— к суду могут привлекаться только те преступники, которые являются гражданами государств, ратифицировавших Римский Статут, или же те, кто совершил преступление на территории этих государств;

— и на мой взгляд основное МУС имеет юрисдикцию в отношении преступлений, «вызывающих озабоченность всего международного сообщества», которые указаны в ст. 5 Римского Статута, а именно: преступление геноцида, преступления против человечности, военные преступления и преступления агрессии.

В заключении хочется сказать,

Создание МУС вызвало неизбежно больше вопросов, чем ответов. Это связано с тем, что человечеством еще не выработаны универсальные критерии таких базовых понятий, как «добро», «зло», «справедливость», «истина» и пр. Юридические определения преступлений против мира и безопасности человечества, как бы подробно и детально они ни описывались в Римском Статуте, все же недостаточно точны. Вне границ компетенции МУС по-прежнему остаются такие наиболее резонансные преступления, как международный терроризм, военная агрессия и некоторые другие.

Международное сообщество должно иметь в своем распоряжении механизм осуществления правосудия в случае совершения наиболее серьезных нарушений, затрагивающих коренные интересы всего человечества. Само право на суд за преступления против международного права должно реализовываться всем международным сообществом, а не каким-либо одним государством или группой стран, и посредством созданного на постоянной основе специально для этих случаев Международного уголовного суда.

Список использованных источников

  1. Римский статут Международного уголовного суда (Рим, 17 июля 1998 г.
  2. Женевская Конвенция о защите гражданского населения во время войны (Женева, 12 августа 1949 г.)
  3. Женевская Конвенция об обращении с военнопленными (Женева, 12 августа 1949 г.)
  4. Женевская Конвенция об улучшении участи раненых, больных и лиц, потерпевших кораблекрушение, из состава вооруженных сил на море (Женева, 12 августа 1949 г.)
  5. Женевская Конвенция об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях (Женева, 12 августа 1949 г.)
  6. Начало деятельности Международного уголовного суда: состояние и перспективы (Е.Н. Трикоз, «Журнал российского права», N 3, март 2005 г.)
  7. Наумов А.В. Нюрнбергский процесс: история и современность «Российская юстиция», N 9, 10, сентябрь, октябрь, 2006 г.
  8. Перспективы присоединения Российской Федерации к Римскому Статуту Международного уголовного суда (Е.Н. Трикоз, «Журнал российского права», N 12, декабрь 2007 г.)
  9. Выступление И.И. Лукашука на радиостанции «Эхо Москвы» 6 мая 2002 г. См.: http://www.echo.msk.ru/guests/5114/06.05. 2002
[1] Наумов А.В. Нюрнбергский процесс: история и современность  "Российская юстиция", N 9, 10, сентябрь, октябрь, 2006 г.

[2] Там же

[3]  Среди них 26 западноевропейских и 15 восточноевропейских стран, 26 африканских стран, 11 азиатских стран, 19 латиноамериканских стран и стран Карибского региона и др. Одними из последних стали государства Бурунди и Либерия (сентябрь 2004 г.).

[4] http://www.un.org/russian/law/icc/ (официальный сайт ООН)

[5]  Начало деятельности Международного уголовного суда: состояние и перспективы (Е.Н. Трикоз, «Журнал российского права», N 3, март 2005 г.)

[6] Из выступления И.И. Лукашука на радиостанции «Эхо Москвы» 6 мая 2002 г. См.: http://www.echo.msk.ru/guests/5114/06.05. 2002

Оставить комментарий

Select Language